Настя и Влада

Mon, 20 Aug 2007 18:07:40 GMT

А потом Настя влюбилась в самого замечательного на свете человечка, и Влада осталась где-то далеко позади. Светлым воспоминанием и записями в этом журнале.

Mon, 14 May 2007 18:00:22 GMT

Настя стояла в супермаркете в очереди к кассе. Взглянула на девушку слева - и чуть не ахнула вслух. Видела всего пару раз на фотографиях. Точно, это точно она, вот родинка на переносице, вот серёжки, вот блеск в глазах. Кажется, Алёна?
- Девушка... простите, Вы ведь не местная?
- Нет. Вчера приехала из...
- Я знаю. Когда вернётесь. Передавайте привет. Владе.

Sat, 21 Apr 2007 16:43:50 GMT

Всё надоело. Всё серо и мутно. Нужно было срочно куда-то уехать. Влада так и сделала, она бросила несколько комплектов белья и пару футболок в рюкзак и взяла билет на ближайший поезд до незнакомого города. Она много слышала про этот город, бОльшую часть рассказов - конечно же, от Насти. Это было совсем не в духе Влады,денег едва-едва хватало на два билета: туда и обратно. Но обратный она пока не стала брать.
Влада оставила за спиной и родителей, которые уже стали задавать вопросы, почему это она до сих пор не собралась замуж, и любимого далматина, и молодого человека, которого использовала для прикрытия. Макс даже пару раз предлагал ей свадьбу - наверняка он был по уши влюблён! - но Влада строила из себя легкомысленную девочку, говорила, что ещё рано, но сама втайне мечтала о маленьком сынишке...
Она знала адрес Насти наизусть. Частые открытки в почтовом ящике (по любому поводу!) давали о себе знать.
Влада вышла из поезда. Дождь. Обычный дождь, обычный банальный провинциальный день. Пара вопросов прохожим - и было ясно, что ехать нужно на двух троллейбусах с пересадкой. Очень много пожилых людей в транспорте. Влада сделала вывод о явной нестоличности города... Ясно же - молодёжь всегда едет туда, где больше возможностей.
Нужная остановка. Напротив неё - дом под номером 72. Влада часто представляла себе, как выйдет из троллейбуса и посмотрит на этот дом. В её мыслях он был и пяти, и девяти, и шестнадцатиэтажкой. Каждый раз она думала, в каком же доме живёт Настя, и искала преимущества московских панельных домов над хрущёвками, сталинских над московскими - и так по кругу.
Обычный пятиэтажный дом, даже не понять какого проекта. Жёлтый. Во дворе - детский сад. Подъезд, домофон.
Телефонный звонок.
Макс.
- Ты где, солнце моё?
- Я очень-очень далеко. В другом городе. На другом конце страны.
- В смысле?!
- Макс, мне просто захотелось уехать. Я хочу пофотографировать этот город. Я очень много про него слышала...
И после недолгого молчания в трубке:
- Ты, конечно, можешь делать всё, что тебе заблагорассудится. Но было бы замечательно, если бы ты сообщала, когда и куда собираешься ехать пофотографировать, чтобы я не стоял по полчаса в очереди, чтобы купить билет на концерт, о котором ты столько говорила.

Похуй. Всё, что есть в настоящем, - это подъезд с домофоном. Надо собраться с мыслями... Если она спросит: "Кто там?", нужно сказать: "Привет! Это Влада". Если скажет: "Штаб Дудаева слушает", то в ответ: "Очень важное донесение!" "Техникум пароходостроения" - "Новая поставка деталей!" "Слушаю!" - "Говорю!"
.....
Что-то звонко пропищало, дверь открылась. Влада только успела сообразить, что открыли изнутри. Дверь открылась (слишком медленно!), за ней стояла Настя.
Шок на её лице. Она, конечно, не предполагала такого развития событий. Она, тщательно скрывавшая свою любовь.
- Влада?
- Привет!
Влада улыбнулась:
- Я очень по тебе соскучилась.
- И ты... как?!... ты приехала? ко мне??
Настя рассмеялась. Не жёстко, а будто не веря своему счастью.
- Ты - приехала? Сюда? В провинцию? Влааааада!
И, конечно, объятия, крепкие-крепкие.
Влада всё понимала. Ну если не понимала, то догадывалась... Казалось, Настя любила её всегда. И в моменты истерик, и когда всё было хорошо, и весной, и осенью, и когда приезжала, и когда писала такие длинные письма и ежедневные смски...
А теперь она сама приехала.
- Настенька. Ты... То есть я... Да, я приехала... к тебе. Я больше никого не знаю в этом городе. А ты есть здесь. И я приехала к тебе.
И, не отпуская объятий, потянулась к губам.
И было так странно - стоять у подъезда в чужом городе (но уже таком родном!) и целоваться с девушкой, которая любит уже столько времени, которая уехала домой, как только поняла, что вряд ли ей что-то светит... Приехать к ней за пару тысяч километров и целоваться около её подъезда!

- Алё.
- Влада, я знаю, что ты проводишь время со своими подругами-лесбиянками. Я больше не хочу с тобой общаться. Всего доброго.
- Иди на хуй, Макс!

Thu, 15 Feb 2007 19:21:41 GMT

Насте очень нужна была работа. Она уже было отчаялась, но после пяти собеседований зашла в детский садик возле дома, на дверях которого было написано: "Требуются воспитатели". Там ей предложили поработать несколько дней нянечкой, чтобы понять, хочет ли она на самом деле там остаться. И там она познакомилась со Стасей. Станислава - так её звали. Она оказалась самым лучшим воспитателем, замечательно ладила с детьми, а в самой младшей группе была её малютка-дочь. Настя не подозревала, что бывает такое имя - Станислава. Она всегда думала, что Стаська - это уменьшительно-ласкательное от Анастасии.
А Стася была прекрасна. Профессионал своего дела, плюс очень эмоциональна - в сончасы и по вечерам, когда родители забирали своих детей, она так чудесно материлась на поваров, охранников и бухгалтера! Казалось, что это не мат, а высокий слог. Настя, проработав всего два дня, стала всё чаще думать: "Я хочу именно такого человека! Ну и что, что она похожа на Владу? Это всего лишь значит, что есть вполне конкретный тип людей, с которыми я могу быть". А Стася и вправду была очень похожа на Владу - не только эмоциональностью, но и внешне.

Mon, 11 Dec 2006 10:59:59 GMT

Здравствуй, дорогая.
Спасибо тебе за то, что ты регулярно мне пишешь. Ты же понимаешь, как мне не хватает тёплых слов. Все эти безликие, они хотят меня всю. Моё тело, мои мысли, решения, улыбки. Я натягиваю улыбку и во всём с ними соглашаюсь, я трахаюсь с ними, но хочу одного - в следующей жизни я хочу быть вот этой родинкой. Думаю, я вполне могла бы здесь жить. Кто тебя научил этому? Ты же всегда была моей. Девочка моя, ты же старше меня на целых три месяца, но ещё такой ребёнок. Я скучаю по тебе, и, наверное, всё возможно.
Твоя Влада.

Thu, 10 Aug 2006 07:52:14 GMT

Однажды Настя поехала в санаторий-профилакторий. Он был недалеко от города, на берегу реки. Сначала совсем не порадовал расположением домиков, спортивных площадок, отдалённостью столовой и заброшенным клубом. А потом как-то свыклось, стало очень спокойно и свободно. Приглашённые аниматоры развлекали отдыхающих, время от времени проводились дискотеки, на которые без труда проникали жители близлежащего посёлка. Настя жила для себя, познакомилась с ровесниками и ходила с ними то на речку, то на процедуры, то просто лежали в комнате и болтали. Спустя неделю она заметила девочку лет восьми-девяти. Та часто ходила по дорожкам без родителей, по утрам - не расчёсанная, смотрела издалека на смеющихся людей, стеснялась, и взгляд у неё был очень грустный. Она была очень похожа на Настину знакомую... Когда-то вместе с этой знакомой Настя пыталась забыть о Владе.
Настя смотрела на девочку и узнавала походку, выражение лица, скромную улыбку. И было неприятно, даже местами противно - потому что ей совершенно не хотелось встречаться снова с этим человеком. И с кем-то похожим - в том числе.
Но они познакомились. Случайно. Во время одного из выступлений аниматоров Настя услышала, как девочка, сидящая через несколько свободных мест от неё, сказала, что её сейчас стошнит. Настя посадила девочку на своё место, потому что именно там был свежий поток воздуха от кондиционера, а сама села рядом и попыталась отвлечь её какими-то разговорами.
У девочки не было родителей, она приехала сюда с дедушкой, который почти всё время сидел в комнате и читал газеты, а иногда выходил на террасу и резался в домино с одиноким мужчиной из соседнего крыла спального корпуса. Девочка потеряла свою расческу (вот почему она ходила лохматая!), а дедушке было не до этого.
Позже Настя взяла свою расческу и заплела девочке косу. Резиночки у неё тоже почему-то не было, только заколка. И заколку они потом потеряли, когда бежали наперегонки по дорожке к столовой, и Настя побежала её искать, усадив девочку за стол к дедушке.
Ещё Настя подарила девочке голубой воздушный шарик, та очень обрадовалась и несколько дней носила его с собой. Наверное, ей нечасто делали подарки.
И всё равно на душе было как-то непонятно. Постоянно перед глазами стояли два человека: эта знакомая, на которую была похожа девочка, и Влада. Потому что девочку тоже звали Владой.

Fri, 14 Jul 2006 16:29:26 GMT

Они валялись на траве возле спуска к реке. Влада, лёжа чуть позади, приобнимала Настю одной рукой, а два их друга настраивали фотоаппараты, чтобы сделать пару снимков с девушками. Но в этом крохотном пространстве не существовало парней, только они вдвоем, только сейчас и здесь. Настя повела головой и коснулась щекой руки Влады. Это - жест величайшего доверия и нежности. Влада, дотронувшись кончиками пальцев до Настиных губ, заговорила. Настя отвечала что-то про гигиеническую помаду, но даже не вслушивалась в свои слова, а просто посылала её пальцам воздушные поцелуи. И вот тот самый момент, которого она так ждала, она так хотела эти губы. Казалось, еще доля секунды, и они прикоснутся, но отстранилась... Накатила волна воспоминаний, какие-то обрывки фраз из прошлого, встречи-обьятия на огромных площадях, такие дурацкие ссоры и вычеркивания друг друга из жизни, и эти парни, которые были рядом, они не должны были ничего знать. Куча оправданий, особенно незначительных именно сейчас.
Настя пришла в себя, Влада сидела, опершись на одну руку и чуть наклонившись назад. Она смотрела на реку. На каменном лице нельзя было прочесть ничего, она очень хорошо умела подавлять эмоции. Настя шумно выдохнула и уткнулась лицом в кисть ее руки. Слова, вырывавшиеся из этих губ (таких родных, но чужих, только что близких, а теперь совсем-совсем далеких!), ранили очень больно. "А кто ты для меня? Сколько лет ты была на обложках моих книг? Год, два? Теперь не будешь. Это... как предательство. Нет между нами ни черта и не будет. Потому что я такая гордая и жесткая. А ты... вот такая..." Настя хотела ответить много всего. Напомнить про все мелочи, которые их объединяли. Взгляды, прикосновения, ревность. Как в совершенно чужих людях узнавала её. Как молчала в трубку, когда та выкрикивала чьи-то чужие имена.
Но ничего не сказала. Просто впечатала в её губы единственный в их жизни поцелуй. И ушла.